Анастасия Татулова о новом проекте: «Судя по моему Facebook, в такую деревню хотели бы попасть все»

17

Основатель сети «Андерсон» рассказала BFM.ru, почему хочет создать закрытый поселок для предпринимателей и как она видит себя в новой должности омбудсмена малого и среднего бизнеса

Анастасия Татулова о новом проекте: «Судя по моему Facebook, в такую деревню хотели бы попасть все» Анастасия Татулова. Фото: пресс-служба

Основатель сети семейных кафе «Андерсон» Анастасия Татулова 27 июля объявила в соцсетях, что ищет землю под закрытый поселок для предпринимателей под рабочим названием «Страна здравого смысла». Почти сразу стало известно, что ее назначили омбудсменом в сфере малого и среднего бизнеса. Соответствующий приказ подписал уполномоченный по правам предпринимателей Борис Титов. В интервью BFM.ru предприниматель рассказала, какая цель стоит за ее последними действиями.

В чем суть вашей идеи закрытого поселка для предпринимателей? Предполагается, что они будут проживать там постоянно, или это что-то вроде большого коворкинга для единомышленников?Анастасия Татулова: Я не знаю, почему всем так интересна эта тема, ничего еще нет. Есть идея, которая появилась у меня и у основателя «Мосигры» Димы Кибкало. Мы решили начать с деревни. Неожиданно для себя я получила шквал каких-то сообщений, которые не успеваю ни читать, ни отвечать на них. Судя по моему Facebook, похоже, в такую деревню хотели бы попасть все.

Пост был на самом деле про конкретную вещь: мы активно смотрим землю под вторую фабрику «Андерсон» внутри Москвы. Хотим сделать большую экскурсионно-обученческую составляющую, которая была когда-то раньше, когда «Фабрика счастья» на Большой Семеновской еще производила десерты и кулинарию только для кафе «Андерсон». Теперь, когда мы производим продукцию еще и для розничных магазинов, нам нужна еще одна производственная площадка. И на ней мы хотим показывать школьникам, что такое бизнес в этой индустрии, что такое производство. Потому что, как мне кажется, совершенно потеряли уважение к фабрикантам. Очень хочется, чтобы это было гордое и понятное слово. Здорово, что у нас в моде айтишники, им нужно дать 185 льгот и все такое прочее, но только люди начинают забывать, что ничего этого не будет, если у тебя нет продукта. Ты не можешь есть виртуальный хлеб, сидеть на виртуальной мебели и носить виртуальную одежду. Но у нас сейчас несколько странный перекос в сервисы и агрегаторы, которые живут за счет того, что производят остальные. Любой агрегатор — это место, где ты покупаешь то, что делают производители. И без существования этих производителей, без поддержки реального сектора во всех этих сервисах не будет смысла.

Поэтому хочется, чтобы и новое производство «Андерсона» было недалеко, и можно было эту обученческую составляющую развивать. Понятно, что в Москве сложно найти землю, особенно под пищевое производство, очень много условий и требований. Собственно, пост в Facebook был о конкретной совершенно задаче поиска земли под производственную площадку.

А деревня — это просто к слову пришлось, заодно. Совершенно частный вопрос, не бизнес, не проект и не инвестиция. Это частная инициатива друзей, которая не имеет к бизнесу никакого отношения. Сначала мы разговаривали о том, что нам надо где-то 20 гектаров на 30-40 человек, но, судя по количеству желающих в нашу деревню, нам нужно 200.

Сколько именно людей из вашего окружения откликнулись на эту идею?Анастасия Татулова: Просто немыслимое количество. Это не только мое окружение, это как-то очень здорово все разошлось, и пишут люди, которых я не знаю, предприниматели. Может быть, и действительно, эта идея вырастет в хороший предпринимательский поселок. На самом деле аналогичные попытки уже есть: «Этномир», который частично пытается реализовать эту идею, похожая идея в «Доброграде» — там тоже строят страну внутри страны. Видимо, есть у людей такая потребность.Насколько целесообразно начинать новые проекты в нестабильных условиях, когда кто-то разорился из-за кризиса, а кто-то только восстанавливается? Чем отличается «Андерсон» до кризиса и сейчас?Анастасия Татулова: «Андерсон» появился в 2009 году, тогда был очень серьезный кризис. Именно он дал мне возможность тогда снять помещение с арендными каникулами в 12 месяцев, никогда потом уже не было таких условий. Но тогда мне было проще — нечего было терять, а сейчас компания еле выжила. Во время этого страшного кризиса — карантина 2020 года — мы переориентировались полностью. Практически начали все сначала. Вытащили компанию на зубах, нашли инвестора и изменили стратегию.

Надо понимать, что «Андерсон» февраля 2020 года и июля 2020 года — это две разные компании. До 50% выручки приносят доставка и продажи собственной продукции через сети «Вкусвилл», «Перекресток», «Лента», Metro. Мы стали больше, чем сеть семейных кафе, и планируем вторую фабрику.

Мне кажется, с точки зрения стартапа любой кризис — очень хорошая точка для начала каких-то вещей. Создается новый спрос, освобождаются и создаются новые рынки. Если создаются новые проекты, кризис — всегда дополнительные возможности. Посмотрите, что происходит с арендой, то же самое, что происходило и в 2009 году. Я каждый день смотрю, как снижаются цены на аренду, за последние месяцы мы получили огромное количество заявок по франшизе от владельцев недвижимости. Это хорошая стратегия открыть что-то сейчас, если есть возможность инвестировать в долгую.

Вас назначили на пост омбудсмена малого и среднего бизнеса. На это как-то повлияло ваше выступление перед президентом? Какие у вас как у предпринимателя ожидания от этого решения?Анастасия Татулова: Не знаю, что повлияло, я не интересовалась. Предложение поступило от Бориса Титова. Должностью это назвать сложно, позиция не оплачивается, это общественная нагрузка. И пока я даже не понимаю, какой у меня появится дополнительный ресурс и появится ли он вообще. Какие полномочия у меня будут? Пока этой ясности нет. А по сути, ничего не меняется в моей жизни. Только времени станет еще меньше. А так я занимаюсь ровно тем, чем занималась последние годы, как могла. Титов предложил мне узаконить эту должность, чтобы я приставала к ним [властям], имея для этого легитимную базу. Но, честно говоря, «нелигитимность» моих настойчивых попыток решения предпринимательских проблем никогда меня не останавливала.

А последние четыре месяца я нон-стопом собирала предпринимательские проблемы со всей России. Где могла помогала через неравнодушных людей в разных органах власти, от Федеральной налоговой службы до Роспотребнадзора. Мне пишут огромное количество предпринимателей, видя во мне человека, который может помочь. И я чувствую себя в некотором роде без вины виноватой, ответственной за то, за что я не отвечаю. Потому что очень многое не решается. Ничего из того, с чем я обращалась к президенту, так и не было сделано. Я лично для своей компании ничего не просила, просила решить наболевшие проблемы отраслей, причем не только общепита, но и гостиниц, промышленности, фитнеса, туризма. Но пока, увы, результата нет.

Насколько кризис пошатнул ваш бизнес? Можно ли говорить о том, что сейчас все выравнивается?Анастасия Татулова: Нет, нельзя. Показатели бизнеса сейчас на 60% уровня прошлого года, и это катастрофическая цифра. И надо понимать, что кризис не закончился, — мы просто привыкли к нему, как ко всему привыкаем. Нас ждет очень сложная осень. Мы живем в высокой степени неопределенности. Не понимаем, какие будут приняты меры для того, чтобы все-таки облегчить последствия катастрофы, которая случилась со всеми нами.

Текущие меры, к сожалению, не оцениваются бизнесом как достаточно эффективные, и предприниматели находятся в сильнейшем стрессе сейчас. Особенно пострадали реальный сектор и индустрия гостеприимства, во многих регионах до сих пор стоят закрытые фитнес-клубы, рестораны, детские центры. Я считаю, что ощущение расслабленности — «все прошло, давайте подведем итоги» — сильно преждевременное.

Вы много делаете в сфере предпринимательства, выступали перед президентом и так далее. А какая ваша глобальная цель? За такой активностью должна стоять какая-то идея.Анастасия Татулова: Есть цель. Хочу жить в другой стране, но не хочу переезжать. Приходится тут другую страну обустраивать. Новую, развивающуюся, с другой системой ценностей. Я считаю, хорошо, что страна гордится военно-морским флотом, армией. Я без иронии говорю, сама выросла в военной семье. Но сейчас получается, что мы все время гордимся какими-то прошлыми заслугами. Мы можем до бесконечности гордиться Петром Первым, адмиралом Нахимовым, победой в Великой Отечественной войне и полетом Гагарина в космос, но нам надо осознать, что это тупик. Мы как будто все время живем прошлым.

Пора начинать гордиться теми, кто созидает, и тем, что в стране был — уже можно сказать «был» — Павел Дуров, что есть такие предприниматели, как глава Wildberries Татьяна Бакальчук, владелец Splat Евгений Демин, Дима Кибкало, создавший «Мосигру», Раиса Демина, сделавшая «Велком», Олег Тиньков, Олег Дьяконов, Борис Кац, Михаил Гончаров — люди, которые создают классные российские продукты, в том числе известные и продающиеся вне России. Но нет, у нас не принято гордиться предпринимателями, и это грустно. Это лишает страну возможности двигаться вперед, многие, очень многие талантливые предприниматели уезжают. Инвесторы не готовы рисковать здесь своими деньгами при непонятных правилах игры.

И это долгий путь, который не преодолеть нам, если не сломать систему «помощи бизнесу», которая есть сейчас. Люди, которые создают рабочие места, платят налоги, развивают страну, помогают благотворительным фондам, создают городскую среду, достойны того, чтобы о них говорить. Чтобы их уважать, а не кошмарить, унижать и не считаться с их мнением. Мне бы хотелось, чтобы отношение к российским предпринимателям изменилось при моей жизни. Вот такая цель сложная. Все остальное у меня есть.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here